Когда 18 сентября прошлого года в авиакатастрофе погиб любимый многими обладатель премии «Грэмми», автор песен Бретт Джеймс, музыкальное сообщество Нэшвилла оплакивало потерю великого автора песен — Джеймс написал такие композиции, как «Jesus, Take the Wheel», «When the Sun Goes Down» и «Blessed», — но для певца и автора песен Кипа Мура эта потеря была особенно острой.
Больше новостей от Billboard
-
Морган Уоллен перевернул пианино из-за технической неполадки во время исполнения песни «Sand In My Boots» на концерте в Денвере.
-
Shaboozey намекает, что звезда фильма «Летний дом» Сиара Миллер снялась в его музыкальном видео на песню «Cowgirl»: «За каждым преступником стоит ковбойша, вдвое опаснее».
-
Песня «Be Her» стала последним и самым быстро набирающим популярность хитом Эллы Лэнгли в жанре кантри, занявшим первое место в ротации на радио.
«Я не знаю, был ли в моей взрослой жизни кто-то, кто оказал на меня более глубокое влияние», — говорит Мур о Джеймсе. «Мы с Бреттом были неразлучны, наверное, первые четыре года, пока я работал в [издательской компании Джеймса] Cornman. Был период в два года, когда, кажется, мы ни дня не обходились без общения, просто сочиняя песни и катаясь на мотоциклах. Больше всего, когда я думаю о Бретте, мне запомнилось, что именно он помог мне поверить в себя, когда я сам в себя не верил».
Джеймс умер, когда Мур записывал свой новый альбом Reason To Believe , вышедший в пятницу (29 мая) благодаря его глобальному сотрудничеству с Virgin Music Group. После его смерти альбом приобрел для Мура новое значение и актуальность, поскольку 13 песен, все из которых написаны в соавторстве с Муром, посвящены вере, любви, скорби и течению времени.
Пятнадцать лет назад Мур дебютировал в кантри-музыке со своим альбомом Up All Night , в который вошла песня «Somethin’ Bout a Truck», занявшая первое место в чарте Billboard Country Airplay, а также хиты, вошедшие в тройку лучших, «Beer Money» и «Hey Pretty Girl».
Затем последовало еще несколько радиохитов на лейбле MCA Nashville, но жесткий рок-стиль Мура и хриплый вокал не совсем вписывались в поп-ориентированное звучание кантри. В 2025 году он выпустил свой первый проект, Solitary Tracks , на собственном лейбле Slowheart, через Virgin. В альбоме Reason to Believe песни остаются роковыми, но отличаются интригующим звучанием и темпом.
Начав сольную карьеру, Мур почувствовал себя свободным от тех ограничений, которые он ранее накладывал на себя в системе крупных лейблов. «Сейчас я полностью раскрепощен», — говорит он. «Я пишу все, что чувствую».
Хотя популярность Мура в США никогда не снижалась, она резко возросла на международном уровне, особенно в Южной Африке, где он выступит хедлайнером 17 октября на стадионе SuperSport Park в Претории, а затем даст два концерта на арене GrandWest в Кейптауне 23-24 октября.
Южная Африка стала для Мура вторым домом, и он активно занимается благотворительностью. По его словам, в последнее время это означает строительство безопасных домов в Южной Африке. «Мы только что закончили строительство огромного дома, в котором смогут разместиться 100 детей».
Мур в основном избегает социальных сетей и не испытывает особого желания участвовать в текущих политических дискуссиях, предпочитая, чтобы за него говорили его собственные действия. «Я знаю, насколько мне небезразлично человечество, и я принимаю участие в этом», — говорит он. «Я отказываюсь вступать в перепалку, поэтому я позволяю людям кричать, а сам просто остаюсь в тени, и именно так я предпочитаю жить».
Ниже Мур анализирует пять ключевых треков из альбома Reason to Believe.
«Дамб»
Я всегда любил Creedence. Наверное, 90% музыки, которую я пишу, я начинаю с гитарных риффов, но этот [вступительный] рифф придумал Хэнк Борн, мой гитарист. Первые два куплета я буквально выпалил примерно за 60 секунд.
[Эта песня] определённо никогда не задумывалась как политическая, хотя в нынешней ситуации я уверен, что её могут так и представить. Сейчас же она выражает разочарование политической обстановкой, тем, как граждане следуют указаниям наших политиков, и тем, как ведётся современный гражданский диалог. Люк Престон, с которым я написал большую часть альбома, был со мной в туре в тот день, когда я набросал первые несколько куплетов во время саундчека. Люк подошёл ко мне позже и сказал: «Чувак, я точно знаю, что ты чувствуешь этими строчками». Мы с Люком не всегда сходимся во мнениях, и это нормально. Он один из моих любимых людей. Думаю, мы оба были переполнены разочарованием из-за всего этого постоянного шума и самодовольства, которые мы видим каждый день. В наши дни в речи каждого человека присутствует такая снисходительная, враждебная атмосфера, что заставляет меня думать, что люди больше не хотят объединяться. Они больше даже не хотят слушать, что вы говорите, если вы не в одной команде, не смотрите на вещи под одним углом. В их убеждении, что нет другого способа взглянуть на ситуацию, кроме как такового, чувствуется высокомерие. Лично я не хочу быть частью такого замкнутого круга. Я стараюсь избегать попыток всё оценивать одним и тем же образом. Люди могут воспринимать это как неспособность выбрать сторону и непостоянство, но я вижу в этом стремление человека не позволять какой-либо группе или стороне контролировать себя. Меня просто раздражает этот шум, и я отказываюсь в него вмешиваться.
«Тьма»
Эту песню я придумал на заднем крыльце своего дома в Нэшвилле. Одна из моих любимых песен, которые я когда-либо написал. У меня была первоначальная голосовая запись, где я пел эту мелодию и фрагментарный текст, просто экспериментировал с этим риффом в стандартной настройке, а затем [сопродюсер] Эндрю ДеРобертс перевел ее в эту безумную настройку, и вот тогда песня действительно ожила. Я как бы застрял на том, что хотел сказать, и в тот момент, когда он перевел ее в эту монотонную настройку, в которой я никогда раньше не играл, внезапно мозг открылся в нужном направлении. [Эта строчка: «Тьма просто слишком меня любит»] — это именно то, с чем я боролся в своей голове и сердце в ту ночь. Я часто чувствовал, что делаю все возможное, чтобы убежать от нее. Это не значит, что у меня нет прекрасных моментов в жизни, но довольно долгое время, во взрослой жизни, я чувствовал этого медведя у себя за спиной. Я буду от него отворачиваться несколько дней, а потом почувствую, как он снова на меня набрасывается, но я отказываюсь сдаваться. Та ночь была одной из таких, когда, как мне кажется, я осознал, что это будет борьба на всю жизнь. Моя любимая строчка: «Кажется, я теряю голос, прежде чем позову на помощь», — это основа всей этой песни.
«Вера в ветер»
У меня всегда была жажда странствий. Сейчас я чувствую это сильнее, чем когда-либо, и даже не знаю, что ищу большую часть времени. Думаю, дело в осознании того, что время всегда на исходе. Есть так много способов прожить жизнь, и я постоянно задаюсь вопросом: «Нахожусь ли я там, где мне нужно быть прямо сейчас?» Некоторым это кажется безумием, потому что я получила то, к чему стремилась, и люблю это больше, чем когда-либо. Я просто никогда не останавливаюсь. Я люблю это так сильно, что это вредит мне самой, и я думаю, что именно это и порождает во мне много тьмы. Я так строга к себе, что никогда не чувствую себя достаточно хорошей, когда заканчиваю. Я верю во всё это на протяжении всей своей взрослой жизни. И я там, где, как мне кажется, Бог хочет меня видеть прямо сейчас. Я постоянно ищу. И я думаю, что именно в тот день это должно было произойти.
«Фары»
Мелодия уже была у меня, когда я вошла в комнату и играла куплет и припев для [сопродюсера] Эндрю [ДеРобертса], и он сразу же её оценил. Именно он сказал: «Я держусь за тебя, ты держишься за меня», и мне это очень понравилось. И вот тогда мы и начали работать. На том этапе я опиралась на свои чувства, когда два человека окончательно расходятся, и ты понимаешь, что, возможно, больше никогда не увидишь этого человека. Но потом, после смерти Бретта, всё приобрело совершенно другую форму. Но я хотела сохранить основу этой песни, потому что всё то же самое, когда ты действительно заботишься о ком-то — будь то отношения или дружба — и вдруг он ускользает из твоих рук, и в этом есть окончательность. Эта песня о том, что всё наконец-то закончилось — что бы это ни было. И это очень тяжело. Когда я слышу это [сольное завершение], в этом фрагменте чувствуется такая необработанность, что мне хочется записать целый альбом, который будет звучать так же сухо.
«Причина верить»
Бретт считал, что именно эта песня должна была войти в альбом «Up All Night». Он сказал: «Это же огромный хит. Ты сошёл с ума, не включив её в альбом… Мелодия настолько сильная, что даже если ты промахнёшься при записи, всё будет хорошо». А я ответил: «Нет, чувак, всё должно совпасть». Я исполнял её вживую, наверное, раз пять. Все приходят на концерты с плакатами «Reason to Believe». Это единственная старая песня на альбоме, но она показалась мне уместной. Всё в этой песне, и то, что она означала с самого начала, заключалось в том, что мир будет тебя бить, и у тебя должна быть причина верить. А после смерти Бретта я почувствовал, что пришло время. Он был единственным человеком, который верил в меня больше, чем кто-либо на этой планете. Всё это показалось мне уместным не только для того, чтобы наконец-то включить эту песню, но и для того, чтобы назвать альбом так, как это отражает то, что этот альбом значил для меня.
Лучшее от Billboard
-
Самые большие хиты Джанет Джексон в чарте Billboard Hot 100
-
Обзор чартов: В 1996 году песня Мэрайи Кэри «Baby» взлетела на первое место в чарте Hot 100.
-
Обзор чартов: В 1989 году New Kids on the Block занимали первое место в чартах с песней «Hangin’ Tough».
Подпишитесь на новостную рассылку Billboard. Чтобы быть в курсе последних новостей, следите за нами в Facebook, Twitter и Instagram.